Ключевые теги

Реклама

Реклама

Варианты решения проблемы дискриминации гендерных меньшинств в Российской Федерации на примере политики, проводимой в странах Скандинавии

Варианты решения проблемы дискриминации гендерных меньшинств в Российской Федерации на примере политики, проводимой в странах СкандинавииСтатья опубликована в №4 (декабрь) 2013 Разделы: Размещена 26.12.2013. Последняя правка: 25.12.2013. Варианты решения проблемы дискриминации гендерных меньшинств в Российской Федерации на примере политики, проводимой в странах Скандинавии УДК 321.316          Вопрос о решении проблемы дискриминации в отношении гендерных меньшинств стоит в России уже не первый год. Он заключается в том, что, несмотря на формально проведённую в 1993 году процедуру декриминализации однополых отношений между взрослыми [6, p.24], в Российской Федерации продолжается дискриминационная политика в отношении гендерных меньшинств: лесбиянок, геев, бисексуалов и трансгендеров. Для того чтобы разобраться в причинах этой дискриминации, проведём анализ посредством рассмотрения нескольких измерений институционализированной «внешней» гомофобии: измерения общественного отношения к ЛГБТ-вопросу, измерения представления образа ЛГБТ через средства массовой информации и измерения административно-правовой деятельности власти. Россия является членом Совета Европы, членство в котором обязывает участников обеспечить реализацию прав и свобод, заложенных в Конвенции, «без какой-либо дискриминации по признаку пола, расы, цвета кожи, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, принадлежности к национальным меньшинствам, имущественного положения, рождения или любым иным обстоятельствам» [1, c.13] , но на данный момент в стране действует идеология гетеросексизма, то есть «такая система общественной идеологии, при которой единственно «нормальной», естественной, здоровой оказывается только гетеросексуальность, а иные формы сексуальности оказываются отрицаемыми, преуменьшенными, дискриминируемыми, преследуемыми»[4, c.5]. Измерение общественного отношения к ЛГБТ-сообществу.          Прежде всего, необходимо отметить, что нынешнее российское общество является достаточно традиционным и отрицающим девиации, то есть отходящее от определённой модели поведения и гендерной роли проявления культуры отдельных индивидуумов.

Около 70% граждан России, были абсолютно не согласны с утверждением «Геи и лесбиянки должны обладать свободой выбора своего стиля жизни и самоидентификации» [6, p.25] . Это один из самых высоких показателей несогласия в мире. В оправдание этому факту стоит отметить, что для России вопрос ЛГБТ является достаточно новым (в отличие от стран Западной Европы, где вопрос о декриминализации однополых отношений встал ещё в конце восемнадцатого столетия (Франция  - 1791 год [6, p.24]), и где, как следствие, вопрос о защите прав гендерных меньшинств стоит на повестке дня уже в течение долгого времени. Исследования показывают, что люди, которые имели прямые контакты с представителями ЛГБТ-сообщества относятся к лесбиянкам, геям или бисексуалам более толерантно, чем те, кто подобных контактов не имел[6, p.26]. В России процент таких людей достаточно низок по сравнению с показателями в Европе и Северной Америке, что и является одним из факторов, обуславливающих недоверие и отрицательное отношение (в некоторых случаях – открыто отрицательное) к представителям ЛГБТ-сообщества. Необходимо отметить и тот факт, что общество России является патриархатным, что характеризует общественное устройство, в котором доминируют мужчины[4, c.14]. Это общество подразумевает чёткое разделение обязанностей мужчин и женщин: мужчина – охотник (bread-winner), а женщина – хранительница очага, «женщина – в первую очередь мать». Иное разделение обязанностей, которые неизбежно возникают в результате распределения гендерных ролей в однополой паре вносит когнитивный диссонанс для членов традиционного российского общества, что также является фактором неприятия идея и уклада жизни ЛГБТ. Существует и проблема гендерных стереотипов, которые в особенности получили своё распространение в России после распада Советского Союза. К этой проблеме относится утверждение, что «у ребёнка, растущего в однополой семье будет много проблем, потому что другие люди будут плохо относиться к нему из-за родителей»[4, p.21]. В российских реалиях это вполне возможно, но фактически, согласно исследованиям Харгаден и Ллевелин[5, p.208] никаких диссонансов в социализации ребёнка не возникает в случае обеспечения нормального контакта с обоими родителями. Второй распространённый стереотип состоит в том, что неправильное воспитание и проблемы в семье являются причиной гомосексуальности, хотя опять же, связь между этими понятиями не доказана[2, c.17]. Таким образом, в случае России необходимо делать акцент на неразвитости социума в вопросах обсуждения гендерного вопроса, что ведёт к созданию и поддержанию гендерных стереотипов на общественном уровне.

Тем не менее, впоследствии можно будет увидеть, что данные стереотипы культивируются ещё и со стороны властных структур.   Россия является достаточно религиозной страной, где церковь имеет немаловажную роль в формировании общественного сознания. Русская Православная Церковь в своей основе является намного более консервативной и сохранившей традиционные устои, чем реформированная католическая церковь, и, тем более, лютеранская церковь. Подтверждение традиционнолисткой ориентированности РПЦ можно найти в словах Патриарха Московского и всея Руси, которые были реакцией на требование проведения гей-парада в Москве: «проведение парада повлечёт за собой влияние на социо-культурные нормы, принятые в обществе, на устои многонационального народа, а в перспективе - и на человеческое будущее»[7]. Под «человеческим будущим» Патриарх имел в виду концепцию, которая в последнее время набирает популярность в России, благодаря постоянному её обсуждению на высшем уровне: это демографические проблемы, решение для которых находится в традиционалистском подходе «воспроизводства».

Для нынешней власти это ещё один повод доказать, что девиантные отношения между партнёрами одного пола  не ведут к воспроизводству, следовательно ЛГБТ не приносят пользу российскому обществу в вопросе выхода из демографического кризиса. Иными словами, происходит искажение и гипертрофирование фактов о гомосексуальности и бисексуальности на политической арене[4, c.4]. Измерение представления образа ЛГБТ через средства массовой информации             Официальную линию по отношению к ЛГБТ подтверждают и СМИ, чьей работой в условиях такого традиционалистского общества, как в Российской Федерации, является:  1) создание определённого стреотипа по отношению каждой из подсистем ЛГБТ (геям, лесбиянкам, трансгендерам и бисексуалам). В символическом смысле, геи представляются как фиминизованные мужчины, тогда как лесбиянки, наоборот предстают в более маскулинном образе; 2) представление отклонения от традиционных сексуальных отношений с точки зрения медицинских и психологических девиаций. В этом случае действует культивирование мифа о том,  что гомосексуальность – это болезнь, и её можно вылечить[2, c.18];  3) интерпретация гомосексуальных отношений через призму запрета и стыда, то есть превращение однополых отношений в постыдную и несоответствующую морали, принятой в обществе[6, p.32].  В итоге, мы получаем комлексное воздействие людей по этому вопросу, которое на выходе приводит к созданию у людей отрицательного стереотипа по поводу гомосексуалов, которые представляются людьми с медицинскими, психическими отклонениями, ведущими распутный образ жизни и имеющими совершенно отличающуюся, а, следовательно, неприемлемую модель поведения.

Измерение административно-правовой деятельности власти в отношении ЛГБТ         Россия является страной, где формально закреплены основополагающие права человека (такие, например, как право на человеческое достоинство). Тем не менее, в отличие от многих стран Европы, в российском законодательстве не закреплён принцип криминализации дискриминации на почве сексуальной ориентации. Оскорбление представителей ЛГБТ-сообщества или же совершение насилия против них может попасть под статью «иные социальные группы» или «иная группа населения»[6, p.52], но не более того. Иными словами, отсутствует законодательно закреплённая возможность наказания лиц, совершающих преступления против ЛГБТ, что открывает дорогу для различного рода групп, использующих насилие для артикулирования своих традиционалистских ценностей: «преступления, правонарушения и дискриминация на почве гомофобии носят широкое распространение, но подвергаются замалчиванию со стороны властей»[1, c.10] . Необходимо отметить и тот факт, что Россия является одним из 25 государств – членов Совета Европы, где законодательно не разрешены однополые браки и регистрация партнёрских отношений [6, p.91]. Неудивительно и то, что в России не разрешено усыновление и удочерения однополыми парами. При этом необходимо отметить, что «некоторые тенденции к легализации однополых браков, приобрели общий характер. В России же активизировались реакционные силы, несущие гомофобную риторику, выступления которых не встречают отпора и адекватной политической оценки»[1, c.7] . Немаловажным фактором является и изменение российского законодательства, затрагивающего интересы ЛГБТ-сообщества в последние несколько лет. Прежде всего, с 2004 года Россия входит в число стран, принявших закон об ограничении собраний ЛГБТ и проведении гей-парадов[6, p.74]. Таким образом, власть пытается достигнуть двух целей:   1) ограничить активность ЛГБТ, которая может перерасти в активность политическую с требованием улучшения положения не только членов ЛГБТ-сообщества, но и улучшения ситуации с правами человека в целом; 2) отвлечь людей от проблемы ЛГБТ, исключив её из повестки дня. С 2005 года попытки устроить гей-парад в Москве, предпринимаемые некоммерческой организацией GayRussia предотвращались Муниципалитетом Москвы. Несмотря на это, GayRussia проводила локальные акции, во время которых активисты подвергались атакам гомофобных групп и правоохранительных органов. Тот факт, что правоохранительные органы не только не защищали активистов, но и сами участвовали в их разгоне, говорит об определённом политическом курсе, взятом на вооружение современной российской властью – подавлять, причём любыми методами активность ЛГБТ.

Кульминацией же стало принятие так называемого закона «о запрете пропаганде гомосексуализма среди несовершеннолетних». История закона заключается в том, что в 2003 и 2006 году уже предпринимались попытки его принятия, использовался и термин пропаганда через «масс-медиа». Тем не менее, в обоих случаях закон не был принят Государственной Думой после активного обсуждения и привлечения Конституционного Суда [6, p.76]. И всё же, в отдельных регионах предпринимались попытки внесения этого закона в региональное законодательство. В частности, в Рязанской области был принят закон «о защите Морали и Здоровья», напрямую ущемляющий права секс-меньшинств. Жалоба одной из ЛГБТ-активисток в Конституционный Суд была отклонена с тем основанием, что «семья, материнство и детство в традиционной интерпретации, доставшейся от наших предков – это ценности, которые сопровождают смену поколений и создают условия для выживания и развития многонационального народа Российской Федерации» [6, p.77] . Таким образом, можно видеть влияние исполнительной власти на власть судебную и преемственность той традиционалистской модели семьи и общественных отношений, которая пропагандируется и защищается государством. Продолжение ограничения политической активности ЛГБТ произошло в 2010 году. Несмотря на действующую конституционную гарантию свободы собраний, некоммерческим организациям ЛГБТ стали отказывать в регистрации. В частности, организациям «MarriageEqualityRussia» и «RainbowHouse» было отказано в регистрации на основании отсутствия каких-либо документов, либо из-за формулировки целей, которые ставила перед собой НКО [6, p.78]. Под последним понимается, что формулировка «защита нетрадиционных сексуальных отношений и развития образования молодёжи в вопросах сексуальной идентичности для развития общества равноправия» включает в себя элементы пропаганды гомосексуализма и противоречит ценностям, принятым в российском обществе. Другие случаи отказа от регистрации также фиксировались в Санкт-Петербурге, Мурманске и Архангельске, где наблюдалась достаточно высокая активность ЛГБТ-организаций[6, p.78]. Таким образом, можно сделать вывод о том, что российская власть, прикрываясь понятиями о традиционной нуклеарной семье, браке, нормах, морали и ценностях, принятых и поддерживаемых в обществе, проводит политику удаления ЛГБТ из политики.

Делается это с целью ограничения движения за равноправие и всеобщие права человека, которые закреплены в Конституции де-юре и не исполняются де-факто. Развитие ЛГБТ-движения и некоммерческих организаций его поддерживающих, является одним из факторов, влияющих на развитие российского гражданского общества, именно поэтому власть стремится к уменьшению плюрализма и протеста со стороны представителей ЛГБТ путём простого исключения их из процесса принятия политических решений. Как утверждает Игорь Кон: «гомофобия чаще всего идет в одной связке с ксенофобией, расизмом, антисемитизмом и нетерпимостью к различиям, их разжигают одни и те же политические силы. […] Вообще гомосексуалы во многих отношениях — самый удобный козёл отпущения. Я называю это политической гомофобией»[3, c.59].        Проведём анализ того, какая политика проводится Швецией по отношению к гендерным меньшинствам, основываясь на тех же измерениях, которые были взяты для России: измерения общественного отношения к ЛГБТ-вопросу, измерение представления образа ЛГБТ через средства массовой информации, измерение административно-правовой деятельности власти.

Измерение общественного отношения к ЛГБТ-сообществу.         Данные исследований показывают, что шведское общество является одним из самых либерально настроенных по отношению к гомосексуалам, бисексуалам и трансгендерам, обществом. На утверждение «Геи и лесбиянки должны обладать свободой выбора своего стиля жизни и самоидентификации» отрицательно ответили лишь 10% респондентов (аналогичные результаты наблюдаются и в Норвегии, и в Дании)[6, p.25]. Причиной такого малого количества отрицательных ответов является высокий уровень культуры шведского общества в вопросах обсуждения гендерной проблемы. Декриминализация однополых сношений в Швеции произошла в 1944 году[6, p.24], намного раньше, чем в России, более того, нарушение прав гендерных меньшинств и способы его предотвращения является повесткой дня в этой стране уже на протяжении 60 лет. Социал-демократическое устройство Швеции подразумевает соблюдение прав отдельных лиц и социальных групп, именно поэтому шведское правительство уже на протяжении многих лет проводит политику формирования положительного общественного мнения по отношению к гендерным субкультурам и занимается формированием необходимой культурной базы, отрицающей дискриминацию по признаку пола и гендера. Именно поэтому в Швеции показатель одобрения однополых браков является одним из самых высоких в мире – 71%[6, p.91]. Но, несмотря на то, что общество Швеции является достаточно прогрессивным, около 40% респондентов боятся делиться информацией о своей сексуальной ориентацией с коллегами по работе, стресс от этого может привести к снижению производительности труда работника - ЛГБТ[6, p.120].И всё же, даже этот показатель является низким по сравнению с ситуацией в других странах. Измерение представления образа ЛГБТ через средства массовой информации          Как и в России, в Швеции средства массовой информации служат инструментом формирования образа ЛГБТ в глазах общества. Но для формирования положительного образа используются иные функции, которые заключаются в: 1)     сексуализации – то есть, смены образа гомосексуальности, как культуры, касающейся только сексуальных отношений; 2)     нормализации – то есть, представлении гомосексуалов как гетеросексуалов с целью уменьшения давления (в том числе, и политического) на гомосексуальных личностей[6, p.32].     Таким образом, происходит конструирование определённого образа гомосексуалов, бисексуалов и трансгендеров в обществе: эти люди являются представителями квир-культуры, то есть, имеют свою собственную, отличную от традиционно принятой, идентичность, при этом других отличий от остальных членов общества у них нет.  Измерение административно-правовой деятельности власти в отношении ЛГБТ          Шведское законодательство запрещает дискриминацию на основании гендерной идентичности как формы сексуальной и гендерной дискриминации, а также действует запрет дискриминации на основании трансгендерной идентичности и самовыражения.[6, p.52]. В других странах Скандинавии (Дания, Норвегия) также действует законодательство запрещающее дискриминацию на основании гендерной идентичности[6, p.52]. Составляются Национальные Планы Действия по Правам Человека, которые в том числе включают большое количество пунктов, касающихся защиты прав ЛГБТ-сообщества (например, в Плане на 2006-2009 год этому было уделено 135 пунктов[6, p.48]). Более того, для защиты прав ЛГБТ от посягательства введена уголовная ответственность за дискриминацию на основании сексуальной ориентации, а также за открытые призывы к ненависти и оскорбление представителей ЛГБТ-сообщества [6, p.53]. В Дании, Норвегии и Исландии действует схожая система криминализации. В Швеции ежегодно проходят такие культурные мероприятия, как прайд-фестивали (гей-парады) [6, p.74], что говорит о свободе и открытости, как общества, так и власти к восприятию культуры ЛГБТ.

На законодательном уровне в Швеции разрешена гражданская регистрация однополых браков [6, p.91], что говорит о том, что Швеция (а также Дания) входят в число восьми стан - членов Совета Европы с наиболее либеральным законодательством по этому вопросу. Не является странным и тот факт, что в Швеции, Норвегии и Дании разрешено усыновление и удочерение однополыми парами[6, p.97]. Таким образом, можно сделать вывод, что Швеция, как социально-ориентированное государтсво проводит политику, направленную на исключение вероятности дискриминации на основании сексуальной ориентации при помощи конструирования положительного общественного образа гомосексуалов, трансгендеров и бисексуалов (то есть, создавая культурную базу), а также, подтверждая и защищая права ЛГБТ на законодательном уровне.        Говоря о том, насколько вероятно применение скандинавской модели в России, следует учитывать фактор времени, который воздействует на результат общественного дискурса по этой проблеме. Для комплексного рассмотрения и переосмысления проблемы дискриминации ЛГБТ-сообществе в России должны быть проведены следующие меры: 1) Использование СМИ для конструирования положительного образа ЛГБТ как носительей квир-культуры, а не психически нездоровых людей с целью создания общественной культурной базы и глубокого понимания вопроса;  3) Отмена законов, ущемляющих право ЛГБТ на самоидентификацию и развитие своей культуры. Отмена запрета на регистрацию НКО;  4) Впоследствии – создание условий для реализации права на регистрацию однополых браков и усыновление/удочерения, то есть, права на создание нетрадиционной семьи.

1.Барандова Т. Л. Гендерное измерение прав человека: понятия, практики нарушений и механизмы защиты / В кн.: Права человека перед вызовами XXI века / Под общ. ред.: А. Ю. Сунгуров, В. В. Смирнов. М. : РОССПЭН, 2012. Гл. 12. С. 1-19. 2.Гейдар Л., Довбах А. Быть лесбиянкой на Украине: обретая силу / Киев – 2007 – 122 с. 3.Кон И. С. Гомофобия как лакмусовая бумажка российской демократии / Вестник общественного мнения: Данные. Анализ. Дискуссии. 2007. Т. 90. № 4. С. 59 - 59. 4.Сабунаева М. Л. Внутренняя гомофобия: Боюсь ли я сам себя? / СПб: Интан, 2011 - 52 с. 5.Харгаден Е. Ллевелин С. Проблемы, связанные с рождением и воспитанием детей.

«Розовая психотерапия»: Руководство по работе с сесуальными меньшинствами. / Под ред. Д. Дейвиса, Ч. Нила. – СПб.: Питер, 2001. 210 с. 6.Discrimination on grounds of sexual orientation and gender identity in Europe / Council of Europe Publisching, June 2011 - 132 p. 7.Moscow Patriarchate Department of External Church Relations, quoted by Interfax, «Stop gay propaganda in Russia – Moscow Patriarchate», 23 May 2007. Рецензии: 26.12.2013, 14:49 Рецензия : Проблема гомофобии в России благодаря избыточной политизации проблемы приобрела фактически не решаемый характер. Даже научное поднятие темы вызывает протест, но тем и интересна данная статья, написанная взвешенно и продуманно. Рекомендую статью Сорбалэ А. Б. к печати.

29.12.2013, 18:39 Рецензия : Статья может быть рекомендована к печати. Комментарии пользователей:

Просмотров: 80